Спутники «Радио» — на орбите.
Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → Книги и компьютерная пресса  → На связи — главный редактор  → Спутники «Радио» — на орбите

Спутники «Радио» — на орбите

Минуло уже два десятилетия с того времени, когда 26 октября 1978 г. в космос отправились первые спутники, задуманные, спроектированные и иготовленные радиолюбителями, — «Радио-1» и «Радио-2».

Сегодня в это трудно поверить, но главные проблемы, которые пришлось тогда решать, были вовсе не технические или финансовые (хотя и их хватало), а те, которые обычно скромно называют организационными.

В США начиная с 1964 г. (!) регулярно проводились запуски любительских спутников серии «Оскар». Советские радиолюбители знали об этом и по-хорошему завидовали своим американским коллегам. Дело в том, что у нас все, что связано с освоением космоса, было окутано такой завесой секретности и умалчивания, что даже о достижениях американских радиолюбителей писать не разрешалось (кажется, только журнал «Техника — молодежи» однажды дал краткую информацию об «Оскарах»). Многие помнят, что фамилии крупнейших ученых М. В. Келдыша и С. П. Королева были под запретом, и для страны они оставались безымянными — Главным теоретиком космонавтики и Главным конструктором космических кораблей. Наши ракеты взлетали только с Байконура. О других космодромах — Северном полигоне (его обычно называли Плесецком — по аналогии с близко расположенной железнодорожной станцией), Капустином Яре — упоминать запрещалось.

В такой обстановке добиться разрешения установить на борту космического аппарата радиолюбительскую самоделку, подключить ее к магистралям и системам спутника, даже при испытательском запуске габаритно- весового макета, — было бы нечто неординарное.

Первые попытки получить разрешение на запуск радиолюбительских спутников окончились неудачей. И только когда «пробиванием» в буквальном смысле! — этой идеи занялся Общественный координационный комитет по созданию и запуску радиолюбительских спутников связи, организованный при журнале «Радио», дело сдвинулось с мертвой точки…

В конце 1974 г. к нам в редакцию пришел Владимир Леонидович Доброжанский, полковник в отставке, человек весьма и весьма заслуженный, лауреат Государственной премии, до недавней поры бывший одним из руководителей закрытой научной организации. Тем, кто знает и помнит историю отечественной радиотехники, имя Доброжанского хорошо было известно. Радист, принадлежавший к плеяде первых российских коротковолновиков, один из разработчиков знаменитого профессионального КВ приемника КУБ-4, судовых радиостанций для полярной экспедиции на пароходе «Челюскин», радиоаппаратуры для первой ледовой дрейфующей станции «СП-1», да и вообще активный участник освоения Севера, воевал в годы Отечественной. После же войны имя его не упоминалось по причине секретности.

— На околоземную орбиту, —  поделился с сотрудниками редакции Владимир Леонидович,  выводятся для испытания экспериментальные ИСЗ. На месте будущей бортовой аппаратуры для компенсации веса иногда ставят болванки. А разве нельзя вместо болванки «забросить » на орбиту любительский ретранслятор?

К этому времени Федерация радиоспорта (ФРС) СССР уже пыталась решить спутниковую любительскую проблему. Пробовал пробить «космическую стену» и журнал «Радио», но все наши попытки результатов не дали.

После беседы с Доброжанским (оказалось, что он до посещения редакции консультировался по этому вопросу со своими коллегами, и те рекомендовали «попробовать») мы решили направить свои усилия на объединение тех энтузиастов, которые шли своими путями создания любительских спутников.

Так мы вышли на Студенческое конструкторское бюро (СКБ) и Особое КБ Московского энергетического института. Их научным руководителем был член-корреспондент АН СССР Алексей Федорович Богомолов (позже академик). По просьбе редакции он взял на себя научное руководство всем проектом. Значительная роль в его реализации принадлежит одному из ведущих сотрудников ОКБ Константину Победоносцеву, который не только знал технику бортовых спутниковых систем, но и «технику обхода» бюрократических рифов. Победоносцев помог редакции выйти на «нужных людей» в Военно-промышленной комиссии Совета Министров СССР. Потом вместе с редакцией готовил необходимые документы, собирал десятки виз на проекте постановления Совмина о попутном запуске любительских спутников. Он связал нас с Олегом Александровичем Лупповым, помощником заместителя председателя Совмина Леонида Васильевича Смирнова.

О.А. Луппов — в прошлом радиолюбитель, окончил Московский энергетический институт, кандидат технических наук — загорелся, с нашей подачи, идеей запуска любительских спутников, организовал встречу со Смирновым, которому мы подробно доложили, какие полезные для государства задачи будут решаться с помощью любительских спутников. К реализации нашей идеи был подключен и ответственный сотрудник Совмина Виктор Иванович Черкас. Знаток спутниковых систем, он решал самые сложные вопросы; благодаря своему авторитету и авторитету Военно-промышленной комиссии умело обходил любые бюрократические преграды. Его вклад на всех этапах подготовки и запуска любительских спутников трудно переоценить.

Кроме СКБ МЭИ, журнал вовлек в совместную работу СКБ «Искра » Московского авиационного института; научным руководителем бюро был академик Василий Павлович Мишин (в прошлом заместитель С. П. Королева, а после смерти последнего, в течение нескольких лет, — Главный конструктор).

В нашей задумке мы не могли не доложить руководству ЦК ДОСААФ СССР. Вспоминается первая встреча по этому поводу с председателем ЦК, национальным героем Александром Ивановичем Покрышкиным. Внимательно выслушав нас, он по-солдатски просто высказал свое мнение: «Дело интересное, но его не удастся пробить через Совмин. Поэтому подписывать подготовленные вами бумаги буду, но непосредственно выходить на руководителей государства не стану». Вот здесь-то и прозвучало слово «авантюра» в том смысле, что взять неприступную крепость космонавтики для решения любительских задач — дело нереальное, когда нелегко решаются значительно более важные для страны задачи. Но этот разговор с Александром Ивановичем развязал нам руки для дальнейших активных шагов к намеченной цели.

К этому времени подключились к «авантюре» также Федерация радиоспорта СССР и Центральный радиоклуб (ЦРК) СССР им. Э. Т. Кренкеля. Все пришли к выводу о необходимости организации при журнале «Радио» Общественного координационного комитета по созданию и запуску радиолюбительских спутников связи. Такое единодушное мнение радиолюбительских, студенческих и инженерных сил, готовых совместно конструировать любительские ИСЗ, стало официальным признанием авторитета журнала «Радио» и его роли и возможностей в реализации задуманного дела, надо прямо сказать, многотрудного, сложного и технически, и организационно. В состав Комитета вошли представители многих организаций, взявшихся участвовать в создании спутников, а также содействовать и помогать в этой работе.

Назовем лишь некоторых из них: А. Гриф (зам. председателя Комитета, заведующий отделом журнала «Радио»), К. Победоносцев, С. Мостинский (руководитель СКБ «Искра», молодой энергичный инженер, окончивший МАИ), Л. Лабутин (известный коротковолновик, прекрасный радиоконструктор, неоднократный чемпион СССР по КВ радиосвязи, сотрудник Московского НИИ радио — НИИР), Н. Казанский (заместитель председателя ФРС СССР), Л. Доброжанский, Б. Лебедев (сотрудник МНИИРС, руководитель спортивно-технического радиоклуба Ждановского РК ДОСААФ г. Москвы), В. Бондаренко (начальник ЦРК СССР),  В. Павлов (заместитель начальника управления по военно-техническим видам спорта ЦК ДОСААФ СССР). Я стал председателем Комитета и выполнял нелегкие задачи «тарана» и согласования действий многочисленных организаций и энтузиастов — радиоспециалистов и радиолюбителей.

Комитет работал дружно, хотя не обходилось и без споров, а то и ругани, резкой критики за несвоевременное выполнение или срыв заданий, настойчивое отстаивание «своей особой точки зрения», нечеткости в работе, в общем всего того, что характерно не только для такой организации, как Общественный комитет.

Но вернемся к началу подготовки создания спутников. Конечно, для изготовления ретрансляционной аппаратуры и организации Центрального приемно-командного пункта (ЦПКП) нужно было помещение. Все мы прекрасно понимали, как трудно изыскать и получить необходимую площадь. Ангелом-спасителем оказался начальник Городского комитета ДОСААФ полковник Дмитрий Николаевич Кузнецов (впоследствии генерал-лейтенант, первый заместитель ЦК ДОСААФ СССР, к несчастью, очень рано ушедший из жизни). Загоревшись нашей идеей, видя всю важность осуществления планов радиолюбителей не только для Оборонного Общества, но и для страны, он, по существу, выделил (соответствующим образом порекомендовав это сделать Ждановскому РК ДОСААФ) часть помещений районного спортивно-технического радиоклуба. Так получила «жилплощадь» Общественная лаборатория космической техники, а несколько позже и ЦПКП. Их обычно называли «Людмилой » (в доме напротив располагался большой магазин женской одежды «Людмила», что у Курского вокзала). Оснащение всем необходимым лаборатории и ЦПКП шло параллельно с изготовлением макета аппаратуры ретранслятора и другой электронной начинки будущих спутников.

Много пришлось заниматься подготовкой проекта постановления Совмина по запуску любительских спутников. Мы уже называли некоторые фамилии ответственных сотрудников, которые активнейшим образом участвовали в прохождении проекта постановления через сложную бюрократическую машину Совета Министров. В этом деле большую поддержку нам оказал генерал Александр Александрович Назаров, старший референт аппарата Совмина СССР. Мы, естественно, не знаем, как генерал докладывал Председателю Совета Министров СССР Алексею Николаевичу Косыгину о радиолюбительской задумке. Но то, что Алексей Николаевич в июне 1977 г. сам представлял проект этого постановления на заседании Президиума Совета Министров, убедительно свидетельствует о немалой роли Назарова в скором и столь благополучном принятии постановления.

Комплект бортовой аппаратуры для всех трех спутников (ДОСААФ, МАИ и МЭИ) разработали и собрали энтузиасты из Общественной лаборатории космической техники. Главным конструктором бортового ретранслятора и вообще главным «идеологом» был Л. Лабутин (позывной UA3CR). Мысль о том, что хорошо бы поддерживать связь с экспедициями в Арктику через радиолюбительские спутники, пришла ему еще в 1973 г., после похода по летней тундре с экспедицией Дмитрия Шпаро, где Лабутин работал в качестве радиста. Много времени проводил в стенах «Людмилы» В. Доброжанский, постоянно консультируя по сложнейшим техническим вопросам. Главным исполнителем «борта» — монтажником, сборщиком, регулировщиком — был откомандированный сотрудник ЦРК  В. Рыбин, также известнейший коротковолновик (UA3BV) и виртуоз- конструктор. Это он, проявив ювелирное мастерство, собирал, как говорят радиолюбители, «на коленке» космические ретрансляторы, которые выдержали всю программу военной приемки — холод, жару, тряску, перегрузки. Существенный вклад в создание электронной начинки спутников и ЦПКП внесли Б. Лебедев, А. Папков, В. Чепыженко и другие энтузиасты выхода радиолюбителей в космос.

И вот, наконец, произошла встреча на космодроме Плесецк радиолюбительских изделий, экспериментального спутника и ракеты-носителя. Все три любительских спутника прошли строгие наземные испытания.

В соответствии с решением о попутном запуске любительский ДОСААФовский спутник не отделялся от основного ИСЗ «Космос-1045», а находился в его «теле», спутники же СКБ «Искра» и СКБ МЭИ были отстрелены от «Космоса-1045». К нашему большому огорчению, у спутника МЭИ после отстрела не раскрылись антенны и связь с ним, естественно, установить не удалось. Поэтому в подготовленное сообщение ТАСС пришлось в последний момент внести поправку: там осталось упоминание лишь о двух любительских спутниках — «Радио-1» и «Радио-2».

Проект сообщения ТАСС готовила, как это было принято, «головная организация» — в данном случае такой организацией был журнал «Радио». По этой же причине радиолюбительские спутники, как первые, так и ряд последующих по праву назывались «Радио». Это название было выбрано после обсуждения и дискуссий вокруг названий «радиолюбительский », «студенческий», «Радио» и признания всеми инициативы и ведущей роли редакции в организации всех работ, связанных с созданием и запуском этих космических аппаратов.

Первые спутники «Радио» были запущены на орбиту, близкую к круговой, на высоту примерно 1700 км. Полет спутников дал возможность радиолюбителям в течение примерно полугода осуществлять связи через космические ретрансляторы на значительные расстояния (несколько тысяч километров) при максимальной мощности передатчика ретранслятора примерно 1,5 Вт. Опыты по организации низовой радиосвязи на большие расстояния имели немалое практическое народнохозяйственное значение, показав возможность использования для этой цели малогабаритных спутников.

Завершая этот рассказ, нельзя не отметить еще одно обстоятельство. Спутники — не только сложные технические устройства, но и достаточно дорогостоящие. ЦК ДОСААФ СССР выделил на создание спутника «Радио-1» 25 тыс. руб., в то время как стоимость только солнечных батарей составляла примерно 80 тыс. руб. Преодолеть финансовые трудности помогли многие, как теперь модно называть, спонсоры. Так, директор Всесоюзного НИИ источников тока академик Николай Степанович Сидоренко выделил безвозмездно экспериментальные солнечные батареи, которые прекрасно показали себя в эксплуатации в условиях космоса. Таким же путем нам удалось получить немало сверхдефицитных компонентов, без которых невозможно было бы осуществить наш проект.

После запуска «Радио-1» и «Радио-2» под руководством Общественного комитета при журнале «Радио» (Комитет проработал свыше пяти лет) началась подготовка к созданию более совершенных спутников серии «Радио».

17 декабря 1981 г. с космодрома Плесецк, откуда начался путь в космос советских радиолюбителей, были выведены на орбиты сразу шесть спутников нового поколения: «Радио-3» — «Радио-8». Первые два из них из-за неисправностей работали только в режиме «Маяк», а «Радио-5» — «Радио-8 » успешно работали как многофункциональные радиотехнические комплексы. На этих спутниках впервые был установлен робот-оператор, с которым радиолюбители могли проводить связи. В памяти этих устройств могло храниться до 60 позывных корреспондентов. По команде с пункта управления эти позывные немедленно передавались на Землю. Кроме того, на спутниках имелась электронная «доска объявлений», на которой с пункта управления записывалась нужная для радиолюбителей информация объемом до 20 слов, из пяти букв или цифр в каждом слове.

После второго запуска журнал «Радио» понемногу начал отходить от активной работы по созданию новых спутников. И причин главных здесь две. Первая — дело было налажено, и дальше им предстояло заниматься тем, кто к этому был призван, т. е. Управлению по военно-техническим видам спорта ЦК ДОСААФ СССР и его отделу радиоспорта, ЦРК СССР, ФРС СССР; и вторая, не менее важная, причина — Президиум ЦК ДОСААФ СССР принял постановление, согласно которому в дальнейшем спутники по существу должны были создаваться не радиолюбителями, а для радиолюбителей. Иными словами, началось обычное «обюрокрачивание » интереснейшего общественного движения.

Памяти шефа и друга

Из книги «На связи — главный редактор». 2007 г.
Перепечатываются с разрешения автора книги.
Статья из журнала «Радио», 1998, № 10.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2017