Русский | English   поискrss RSS-лента

Главная  → История отечественной вычислительной техники  → История НИИ «Восход»

История НИИ «Восход»

Виктор Сергеевич Корсаков

Виктор Сергеевич Корсаков

Об этом НИИ я слышал в советские времена много – его название всплывало в тех или иных работах, которые выполняли мои коллеги и друзья в разных "почтовых ящиках" Москвы. Удивляла степень секретности этих работ, которая была выше, чем закрытость космических программ. И вот теперь, по прошествии многих лет, журналисты стали довольно частыми гостями в здании на улице Удальцова. Я встретился с советником директора НИИ "Восход", доктором технических наук профессором Виктором Сергеевичем Корсаковым и попросил его рассказать об институте.

PC Week: Виктор Сергеевич, как и когда был образован НИИ "Восход"?

Виктор Корсаков: История института началась в шестидесятые годы, когда мы еще работали во втором комплексном отделении НИИ автоматической аппаратуры (НИИ АА), занимавшемся автоматизированными системами для войск ПВО страны. Эти системы в то время были самыми передовыми, потому что у ПВО времени в обрез: нужно в считанные минуты собрать информацию, принять решение, довести его до исполнителей – выстрелить, да еще и попасть. В отличие от многих других систем, где время не критично, здесь технические и программные средства должны быть самыми современными. Поэтому наше отделение занимало самые передовые позиции в области применения вычислительной техники (ВТ). И вообще, как нам представляется, развитие автоматизации в нашей стране в МО СССР, да и в целом по стране началось с ПВО, так как ракетных войск тогда еще не было.

Года с 69-го начались разговоры о том, чтобы поручить институту разработку системы управления народным хозяйством как в мирное время, так и в кризисных ситуациях. Выбор пал на наше отделение не только в силу каких-то организационных причин, но и с учетом того, что у нас был хороший задел: к 1972 г., когда вышло постановление ЦК и Совмина, мы уже часть разработанных систем сдали в эксплуатацию. В январе 72-го данную работу упомянутым постановлением поручили нашему второму комплексному отделению. Тогда в нем трудилось чуть больше ста человек.

Когда мы начали разворачивать работу, а заказчиком выступало Управление делами Совмина СССР, то встал вопрос о том, чтобы как-то юридически оформить наше отделение, потому что заказчик строго следил за ходом работ и расходованием средств. Поэтому 23 ноября 1972 г. приказом министра был создан филиал НИИ АА, который получил все реквизиты самостоятельной организации. В августе следующего года филиал был переименован в НИИ "Восход". Таким образом, институт родился в ноябре 72-го, а имя получил в августе 73-го.

И вот началась разработка новой системы. Это было время, когда ни о какой импортной технике никто и не мечтал, тем более на режимном предприятии. Институт находился в системе Министерства радиопромышленности (МРП), а идеологией МРП было создание отечественных аналогов западных образцов. То же самое касалось и программного обеспечения.

Таким путем мы и пошли, начав все с нуля. Ведь тогда в СССР не было даже информационной структуры для руководства страны – только защищенная телефонная связь и ничего больше: никаких ВЦ, никаких телекоммуникаций. Мы впервые создавали компьютерную систему для руководителей государства. Она называлась "Контур". Была создана информационная инфраструктура, включавшая линии связи, вычислительные центры и многое другое.

Над проектом с нами работали десятки организаций. Так, например, наш институт стал идеологическим и финансовым "родителем" ЕС ЭВМ. По договору с "Восходом" делались машины ЕС-1030, 1060 и 1066, все абонентские пункты ЕС ЭВМ, средства телекоммуникации. Кроме операционной системы все прикладные пакеты (СУБД, пакеты телеобработки, генераторы отчетов, управление вычислительным процессом и т. д.) адаптировались, локализовывались, дорабатывались у нас на "Восходе". Впервые тогда мы столкнулись с проблемой защиты информации. Никто до этого ничего подобного не делал. Это проблема и электромагнитных излучений, и доступа к БД, и паролирование, и попытки шифрования сообщений.

Все это создавалось в кооперации с отраслевыми (ЦНИИС, НИЦЭВТ, НИИСчетмаш, НИИЭТУ и множество других) и с академическими институтами. Так, в Киевском институте кибернетики АН Украинской ССР (директор – академик В. М. Глушков) даже находился один из отделов "Восхода". Был организован и совместный отдел с ВЦ АН, который возглавлял академик А. А. Дородницын. В работах принимали участие и сотрудники ЦЭМИ. Появились уже экономико-математические модели. То есть они и были, просто их никто не реализовывал на компьютерах. А здесь была предпринята попытка реализовать эти модели на имевшейся в нашем распоряжении вычислительной технике. В качестве примера можно привести расчет затопления производственной базы страны в случае разрушения какой-либо плотины. Модель позволяла оценить ущерб и принять меры для замены и восстановления. У нас были оцифрованные карты, и на них можно было выделять определенные объекты. Решение подобной задачи на ЕС-1060 занимало 16 часов. То есть это была весьма сложная модель.

Мы впервые предложили для пользователей информационно-расчетные, аналитические задачи и впервые столкнулись с проблемой, которую назвали "психологический барьер пользователя". Мы приносили кому-то из аппарата наши расчеты и на вопрос: "Кто-нибудь мне может объяснить, почему так?" – отвечали: "Никто не может объяснить, только ЭВМ". На что чиновник нам говорил: "Нет, ребята, я с этим к Руководству пойти не могу".

Это была проблема психологического барьера, который в той или иной степени существует и сегодня. Ведь и сегодня пользователи загружают компьютеры на 99,9% редактированием текстов – никаких расчетных задач, тем более оптимизационных они не применяют. А проблем ведь очень много. Нашу систему мы сдали в эксплуатацию в 1984 г., и в том виде, как мы ее сдали, она перестала существовать в конце 1990-х. Жизнь заставила перейти на другую техническую базу.

Часто говорят: "Они были первыми". По отношению к нашему НИИ это правда. За счет того, что данная система была под патронатом Правительства СССР и неплохо финансировалась, зарплаты в институте были в два-три раза выше, чем в среднем по стране, коллектив вырос до пяти тысяч человек, у нас было около десятка территорий. Это был громадный, мощный институт.

В то время у нас был большой портфель престижных заказов, например системы делопроизводства для ЦК КПСС, Совмина, силовых министерств, МИДа. Авторитет института был очень высок, все понимали: если заказ попал к нам, то он будет выполнен. Документация шла с военной приемкой, было много формалистики, хотя в таких разработках это и нужно.

Вспомните те времена: энтузиазм был важнее, чем зарплата.

PC Week: С Михаилом Кирилловичем Сулимом вы, наверное, тоже сотрудничали?

В. К.: Конечно. НИИСчетмаш, который он возглавлял, делал для нас интеллектуальный абонентский пункт (АП-4), там было целых 32 Кб ОЗУ! По тем временам это было очень много.

Когда начались рыночные отношения, институт уподобился линкору: линкоры хорошо плавают при ламинарном течении и плохо – в турбулентном. В это время не было заказов и денег – народ уходил. Но с гордостью могу сказать, что выходцы из "Восхода" работают сейчас всюду: в Администрации Президента, в аппарате правительства, в аппаратах Совета Федерации, Государственной Думы, в министерствах.

С 1991 по 1994 гг. у нас, как и у всей страны, были самыми тяжелыми, а в 1994 г. нам поручили разработку системы ГАС "Выборы". Об этой системе много писали в прессе, но журналисты часто забывают отметить, что она объединяет более трех тысяч объектов: Центральную избирательную комиссию (ЦИК), территориальные и региональные ИК. И еще – система не только подсчитывает голоса избирателей. Ведь перед выборами проводится большой объем подготовительной работы: составляются списки избирателей, учет кандидатов в депутаты, производится "нарезка" округов. Когда в законе устанавливается количество избирателей в округе, то осуществляется распределение их по округам. Все эти задачи решаются с помощью нашей системы. Впоследствии в системе появился финансовый контроль за предвыборной кампанией кандидатов, так как за каждым из них свои деньги. Появились задачи делопроизводства – таким образом, нельзя сводить систему ГАС "Выборы" только к подведению итогов голосования. Конечно, нагрузка в разное время на систему неравномерна.

Разработка ГАС "Выборы", можно сказать, взбодрила институт. После нее один из крупных заказов у нас – создание "Государственного регистра населения". Идея возникла в 1995 г., когда В. Черномырдин подписал постановление правительства о разработке автоматизированной системы "Персона". Тогда она не называлась регистром населения, но по смыслу это было то же самое – требовалось создать некоторый эталон личных сведений о человеке, существующих в его документах: паспорте и ЗАГСовских документах. Что очень важно: сегодня гражданин должен сам бегать за каждой бумажкой по разным учреждениям и приносить документы о себе. Допустим, родился ребенок, человек должен зарегистрировать его в ЗАГСе, затем пойти в отдел социального обеспечения, зарегистрировать его там, чтобы получить пособие на ребенка и т. д. Госрегистр сделает это "хождение по мукам" ненужным. Мы изучали опыт Швеции, где подобный регистр ведется много лет. С 1991 г. они его автоматизировали. На самом деле неважно, есть автоматизация или нет – важна идеология. Они рассказывали нам чудеса: родился ребенок, и родильный дом сообщает об этом в отдел социального обеспечения через регистр населения. Каждый понедельник все службы обращаются туда за изменениями: кто-то сменил фамилию – ему меняют водительские права; сменил место жительства – и все банки, учреждения культуры и т. д. корректируют сведения в его личных карточках. Регистр населения дисциплинирует все государственные службы: они все данные черпают из одного источника. А главное, что человеку становится гораздо удобнее: он освобождается от необходимости сбора разных справок из множества организаций. И ни в коей мере не ущемляются права граждан: хранятся в регистре сведения, не являющиеся личной тайной. Если вы не хотите, чтобы ваш адрес знали, вы должны просто заявить об этом, и адрес из регистра никому сообщаться не будет.

PC Week: Я знаю, что у вас был очень сильный отдел экспертных систем (ЭС). Удалось ли внедрить хоть одну такую систему?

В. К.: К сожалению, на моей памяти внедренных ЭС не было – не потому, что виноваты разработчики, а потому, что не нашлось экспертов, готовых отдавать свои знания. Когда мы обращались к ним с таким предложением, в ответ слышали: "Вы что, хотите, чтобы меня уволили?". Психологический барьер был слишком велик.

PC Week: У "Восхода", я помню, была привилегия на отбор выпускников вузов?

В. К.: Да, у нас были административные рычаги. Но этими рычагами можно было удержать человека три года: отработав по распределению, он уходил. Однако я убежден, что главным магнитом была не высокая зарплата, а научно-техническая заинтересованность, поскольку делали очень престижную работу, задачи были просто интересны. В том же МИДе было очень много аналитических задач. Беда современных систем – это решение простейших учетных задач. Ведь на базе таких систем, как "Регистр населения", можно проводить массу аналитических демографических исследований, и никакая перепись населения будет не нужна. Кстати, в Швеции никакие переписи не проводятся. Есть регистр населения и некоторые другие источники: например, у них законом определено, что из налоговых деклараций какие-то обезличенные сведения доступны для статистики. Поэтому если бы деньги – а это 4,5 млрд. рублей, потраченные на разовую акцию, какой являлась перепись населения в России, – были израсходованы на создание регистра населения, то система продвинулась бы далеко вперед.

PC Week: Я в начале 80-х годов преподавал на одной из базовых кафедр в МИРЭА и знаю, что "Восход" в этом институте имел (и имеет) свою базовую кафедру. Какова была необходимость в ней?

В. К.: Да, у нас были базовые кафедры в МИРЭА и в Плехановском институте. Идеология базовых кафедр появилась, когда обнаружился отрыв высшей школы от практики. Нужно было привлечь к преподаванию в вузах ученых-практиков. В нашем НИИ есть своя аспирантура, свой научно-технический совет, был диссертационный совет по присуждению ученых степеней. В "Восходе" в период его рассвета работало 15 докторов и 45 кандидатов наук. Когда решением ВПК создавался МИРЭА, предполагалось, что он будет готовить кадры для оборонных министерств, так называемой "девятки", и каждое из этих девяти министерств создало в нем свои базовые кафедры. От Минрадиопрома там была кафедра В. С. Семенихина (НИИ АА) и кафедра нашего директора В. И. Дракина. И я там с 1972 по 1998 гг. отработал и до сих пор утверждаю, что идея базовых кафедр вполне полезна и актуальна.

PC Week: Каков ваш прогноз на будущее?

В. К.: Сегодня у "Восхода" много разных заказов, а значит, есть уверенность.

PC Week: Спасибо за беседу.

Статья опубликована в PC Week/RE № 41 от 04.11.2003 г., стр. 51.

Проект Эдуарда Пройдакова
© Совет Виртуального компьютерного музея, 1997 — 2017